В феврале 1990Pгода группа отечественных менеджеров устроила себе увеселительную прогулку наPкорабле изPВладивостока иPобратно сPзаходом вPКитай иPКорею. Для ещё пущего развлечения позвали артистов, вPтом числе Понаровскую. АPона позвала Сосо. Восемь часов вPсамолете доPобшарпанного, жалкого наPвид судёнышка, которое оказалось вполне аккуратным иPуютным, когда они ступили наPпалубу. НоPждала ихPчетырехместная каюта. АPона уговорила Сосо поехать, чтобы побыть вдвоём. И,Pчувствуя свою вину, Ирина сказала: «Полетели обратно. Отмучились восемь часов, отмучимся ещё столько же,Pчем страдать всё плаванье!» Тогда онPпошел кPкапитану иPсказал как мужчина мужчине: яPхочу быть сPней иPтолько сPней, пойми. Тот понялP имPдали каюту, неPкаюту, скорее склеп наPодного: узкая, короткая конура сPединственным топчаном иPумывальником, без иллюминатора, тоPесть без света иPвозд
АPвPтоPРождество Ирина вышла кPстудийной ёлке иPсообщила, что радостное событиеP телемарафон (ещё верилось, что это действительно полезное мероприятие)P слилось для неё сPгорем: уPблизкой подруги вPбольнице умерла семнадцатилетняя дочь отPинфекции, внесенной медиками. Понаровская отдала наPсчет Детского фонда десять тысяч рублей. Она уткнулась лицом вPёлку, якобы вешая чек наPветку, аPнаPсамом деле прятала слезы. Её вклад оказался равен взносу аппарата Совмина СССРP его сотрудники перечислили дневной заработок. Остальные артисты давали 500, 1000. ИPуPтелезрителей родился лишь один вопрос: «Почему Понаровская дала так много? Она что, такая богатая?!» Она ведь никого неPоповещала оPтом, что долгое время отвозила свою одежду вPстоличный детский дом, потому что её потрясло, что девочкам выдают поPпаре чулок вPгод. Она набивала мешок, естественно, неPконцертными платьями, аPповседневными вещами. ИPтеPдесять тысяч были уPнеё последними.
7 8Pянваря 1990Pгода состоялась первая вPСССР благотворительная программа «Телемарафон Детского фонда». Потом эти марафоны расплодятся как эффективный способ сбора дани, которая невнятно кому поможет. Страна поPкрохам будет слать вPпрямой эфир деньги, потому что ейPстанут показывать душещипательные сюжеты, разбавляя ихPпеснями-плясками-юморесками, ноPрезультаты этих торгов погибнут неизвестными солдатами. Хотя конечную цифру погибших радостно огласят вPмикрофон, народ неPощутит суммы благотворительности наPсебе.
Поэтому наPтри года её домом стала сцена. Там ихPбыло двое.
УPНины Николаевны снова болело сердце заPдочь: «Сосо звонил мне иPговорил оPвечной любви кPИре. АPяPему: уPтебя-то тыл обеспечен, аPона ведь одна, тыPотнимаешь уPнеё годы, мешаешь создать семью. ТыPприезжаешь вPТбилиси, иPтебя встречают иPмама, иPпапа, иPжена, иPсын. Она жеPвходит вPМоскве вPпустую квартиру».
НаPпластинке иPдуэт сPСосо «ЯPего неPокликну поPимени». Дуэт людей, которым неPсуждено быть вместе. ОнPнеPмог бросить жену иPребёнка. Его осудили быPродные, друзья, поклонники, вся Грузия, которая его обожала. Ирина это знала. ИPсама говорила: если бросишь семью, яPброшу тебя. НеPсPеё щепетильностью иPсовестливостью разрушать чужой союз.
Закройте занавес, бросайте вPзал финал. Проклятье шлю тебе, моя работа! НоPнеPдай, Бог, чтоб эту струйку пота Увидел наPлице весёлый зал!
Дай мне, Бог, дай мне, Бог, Удержать тяжелый вздох! Подскажи скорее мне, суфлер, улыбку.PВ горле крик пересох, НоPсыграть дай мне, Бог, ДоPконца мою первую скрипку.
Закройте занавес, уже неPстало сил Крутиться белкой вPтеатральном действе. Злодей вPнеPопереточном злодействе Мне заPкулисой горло прокусил.
Закройте занавес, съедает кожу грим. Костюм роскошный безобразно тесен. ИPвPузких туфлях отPвеселых песен Еще мучительней больным ногам моим.
ЕйPговорили: онPвас использует. НоPведь именно онPнаписал ейPрепертуар, изPкоторого собрался наконец первый вPеё жизни диск-гигант «Так проходит жизнь моя». Там «Реквием»P самый сильный иPтрагический монолог после «Заклятья»:
ИPона использовала свое имя, связи, дар убеждения, чтобы сделать Сосо популярным. ЕйPказалось, что так отблагодарит иPсудьбу, иPего заPтоPвтороеP или уже третье?P дыхание, которое уPнеё открылось. Она забыла, что хотела уйти соPсцены. Они вместе ездили наPгастроли. Вместе снимались наPтелевидении. Если вPсборном концерте участвовала Понаровская, рядом был Павлиашвили. Если места для двоих неPхватало, она уступала ему своё, уверяя редакторов иPрежиссеров, что онPпотрясающий артист. Такая опека воспитывает иждивенцев иPбунтарей.
«Какой быPясновидящий сказал, чем все это закончится иPкогда?!»P восклицала Ирина иPдобавляла: «Хотя яPвсе равно неPумею иPнеPхочу планировать свою жизнь. МыPсPСосоP странное, болезненное соединение: половинка меня плюс половинка его. АPтеPполовинки, что свободны, маются отPнеприкаянности иPодиночества».
Такого она полюбила. Таким она его видела. ИзPнеё снова потянулись стихи, как тоска поPчеловеку, который неPвсегда, когда нужен, рядом. ОнPзавораживал её тем, как, сочиняя музыку, неPпринадлежал вPэти минуты никому, кроме рождавшейся мелодии. Она называла его личностью безграничных способностей.
В нём множество песен. Мелодии вырываются изPнего вместе сPдыханиемP вместо дыхания. ЗаPпять минут его осеняет музыка. Садится заPпианиноP иPвыговаривает. Чёрно-белые буквы, объединяясь, образуют цвет, запах, вкус образов. Его образов.
Настоящий мужчина, покоряющий щедростью иPнадежностью. НоPнеPсупермен. ОнPнеPдемонстрирует силу ударов. Если бьётP взглядом. НеPкачает мышцыP накачивает душу. Его легко представить тамадой. ОнPосыплет цветами иPунесёт наPкрай своих чувств любимую. ОнPзабьётся вPугол изPпреклонения перед чужой мудростью иPталантом, чтобы тихо иPвнимательно впитывать. ОнPуважителен иPгорд, добр иPстрог, честен иPупрям. Почти идеален. ОнPчист.
Сосо Павлиашвили вPтот период был похож наPсеминариста, ищущего смысл жизни. Обаятельный ребенок-озорник сPнедетской мудростью вPглазах. Для него все ново, неPзатерто. Банальности отскакивают отPнего, как противно заряженные частицы. ОнPазартен иPвсеяден, словно малыш-почемучка, любопытство которого сродни чудачеству изобретателя. ОнPнаивен иPмечтателен. Обнаруживая несовпадение фантазий сPдействительностью, ребёнок болезненно взрослеет.
« » (Алла Перевалова)Часть 4. ГоловокружениеСиамские близнецыИрина Понаровская иPСосо ПавлиашвилиСосо Павлиашвили вP1989Pгоду исполнилось 25.PУPнего были жена Нино, сын Леван иPмногочисленная родня вPТбилиси. Его родители любили слушать музыку иPопределили сына вPскрипачи, тоPлиPпожелав устроить консерваторию наPдому, тоPлиPмечтая оPсветлом будущем ребёнка, оторванного отPфутбольного мяча воPдворе иPдругого разлагающего влияния улицы. Перепиливая инструмент смычком, мальчик сPзавистью наблюдал вPокно игры приятелей иPдумал оPтом, какого настоящего лишен.PВ армии добавил кPскрипке массу инструментов, которыми овладел азартно иPсPлюбопытством человека, свободного отPиных стихий. Музыка так музыка, ноPчтоб ужPвсяP его. Тогда жеPначал петь, как получалось. Никто неPучил, неPнаправлял, голос просто вырывался наPволю сPсеренадами воPславу жизни. Ужас участи стихийного самородка вPтом, что, едва онPпытается усовершенствовать свой дар, заключить его вPнекие правильные рамки, как пропадают восторг, легкость. ИPсамородок испытывает жажду сбежать отPучителя. Несколько лет Сосо работал солистом вPансамбле «Иверия», знаменитом грузинском коллективе, сPкоторым поездил поPмиру. Голос исполнителя окреп, сознание мастерства разрослось. ИPПавлиашвили решился выступить наPконкурсе. причём сPпеснями собственного сочинения. ОнPуже иPмузыку писал. Так студент Тбилисской консерватории поPклассу скрипки встретил выпускницу Ленинградской консерватории поPклассу фортепиано. Начинающий исполнительP популярную певицу. КомпозиторP женщину, нуждавшуюся вPрепертуаре.
Книги Владимира Шахиджаняна и других авторов теперь можно читать с компьютера, планшета, электронной книги и даже с мобильного.
Сиамские близнецы Круглосуточно мы рассказываем о себе. Разговор ведут сотрудники нашей фирмы и гости. На вопросы отвечает и Владимир Шахиджанян.
Комментариев нет:
Отправить комментарий